О возрасте и музыке

Музыка, как и любое другое искусство, живучее людей. В эстетическом смысле музыка остается красивой независимо от влияния времени на внешний вид авторов музыки; музыка звучит одинаково вчера, сегодня, завтра. Авторы музыки выглядят по-разному вчера, сегодня, завтра. В рок-музыке больше мужчин, так, кажется, визуальная эстетика хоть и важна, но играет второстепенную роль в восприятии «живых» выступлений музыкантов: интереснее наблюдать поведение на сцене. Для примера – The Pixies. На пике их музыкальной карьеры в начале 90-х годов ХХ-го века гитарист и вокалист Блэк Фрэнсис выглядел эпатажно, хотя и по-американски просто (равно как и их бассистка Ким Дил, кстати):

Сейчас Блэк Фрэнсис не менее эпатажный на сцене, играет так же хорошую музыку, но по-американски существенно поправился (равно как и их бассистка Ким Дил, кстати).

Это было о мужчинах. С женщинами же в рок-музыке – несколько иначе: визуальная эстетика имеет не меньшее значение, чем поведение. Для примера – Blondie. В конце 70-х – начале 80-х годов ХХ века группа очаровывал прекрасной музыкой, а вокалистка Дебби Харри – яркой внешностью в придачу к музыке. Часть коммерческого успеха группы, несомненно, в ее внешности, удачно и разумно эксплуатируемой лейблами:

Пока же остается только та самая хорошая музыка – уже без визуального эстетического компонента со стороны Дебби, увы.

Между двумя приведенными записями Blondie – 27 лет (1977 и 2004 г.г.) – продолжительность жизненного пути музыкантов Джимми Хендрикса, Джима Моррисона и Курта Кобейна. Эстетика музыки остается с нами; визуальная эстетика – в прошлом. С мужчинами все же, кажется, немного по-другому … В упомянутых выше Pixies ударнику Дэвиду Лаверингу возраст, кажется, лишь добавил эпатажности.

В современном музыкальном бизнесе, когда коммерческий успех большинства аудиозаписей per se ставится под сомнение реалиями рынка, растет коммерческая перспективность «живых» выступлений. Музыкальный бизнес эволюционирует в направлении зарабатывания на явке музыкантов на выступления, скорее чем на реализации аудиозаписей. Собственно, это и уничтожает музыкальный бизнес как надстройку над музыкой. Музыка становится должной ее авторам, а не лейблам. Авторы произведений – самобытные и интересные пошановувачам, худые и толстые, молодые и старые. Их музыка остается на годы. Они интересны как люди, личности. Кому интересна название лейбла, под чьей эгидой было сделано аудиозапись? Разве что если этот лейбл принадлежит музыканту. Видимо, к этому и идет весь музыкальный бизнес. Но пока – мертвый Курт Кобейн заработал больше, чем жив.